Анонсы:








----

Публикации о Марине

Интервью Марины Зубановой по фильму «Требуется няня»

В чём особенность Ларисы Садиловой по сравнению с другими кино- и телережиссёрами, у которых вы снимались?

Мне очень редко удаётся достичь настоящего взаимопонимания с режиссёром. Ведь взаимопонимание складывается из многих компонентов: обоюдной симпатии, особой манеры поведения на площадке… Но мне кажется, что в моих отношениях с Ларисой все эти компоненты присутствуют. Мне всегда понятно то, что она говорит на съёмках. Иногда это бывают просто междометия или фразы типа «Ну, ты поняла…» И потом оказывается, что я и вправду её поняла практически без слов.

Я в своей жизни поменяла много театральных студий — сначала в Москве, потом в Саратове. И мне везло. Мне попадались такие режиссёры, которые, в большей степени, требовали от актёра моментального исполнения задачи, а не дискуссий о роли. Просто иди и делай. И в этом плане мне очень легко с Ларисой. Я не люблю обсуждать: «А как бы это могло быть? А какие есть варианты?» Для меня ценнее всего выполнить задачу режиссёра.

Мне нравится работать с Ларисой ещё и потому, что я сразу, интуитивно, доверяю ей. Если она так говорит, значит, это и есть единственно верный вариант. И у меня не возникает внутреннего сопротивления. Лариса не врёт. Она зря не подбадривает актёра: «Ну, молодец, молодец…» Она сразу говорит: «Плохо! Что это ты сейчас мне изобразила?»

Например, в этом фильме была сцена, когда мне надо было резко заплакать. Я вообще-то очень плохо плачу: наверное, слёзы у меня где-то далеко расположены. И я думаю: «Дай-ка я притворюсь, что плачу». И Лариса тут же: «Стоп! А что ты мне сейчас такое сделала?! Нет уж, милая моя, давай, заплачем». И где-то с четвёртого дубля, когда я что-то такое вспомнила грустное и обидное, я вдруг разревелась. А потом, когда уже сказали «Стоп! Снято!», я ещё долго плакала и не могла остановиться.

Как вам кажется, няня с самого начала была коварной или она стала такой пожив некоторое время в доме Веры и Андрея?

Наверное, я скажу вещь неприятную по отношению к этому персонажу, но она изначально злая. Если бы она стала такой постепенно, на наших глазах, то у определённого круга людей могла бы возникнуть к ней симпатия. А в фильме ситуация хуже, глубже и страшнее. Галя изначально нечистоплотна в своих мыслях, в своём отношении к людям. Она ? неблагодарный человек, бессовестный.

Лариса мне говорила: «Понимаешь, есть коварные люди. Они всё продумывают, как шахматист, как они сделают ту или иную вещь и как она им обернётся. А есть люди просто злые. И они не всегда бывают умными, потому что их злые поступки потом им же по голове и бьют». В какой-то степени, Галя не коварная, а просто злая. И я не думаю, что у неё потом жизнь сложится счастливо от того, как она поступила с принявшей её семьёй. В какой-то степени, её даже жалко.

Я очень люблю детей, но я знаю точно, что на каком-то этапе видно, какие они изначально и что из них вырастет. При этом у них могут быть замечательные, заботливые родители ? бесполезно! Видимо, у этого ребёнка такое предназначение на Земле. Может быть, только в старости он скажет себе: «Боже мой! Что же я делал всю жизнь?!»

Тогда почему же вы взялись играть такого персонажа, который принципиально не может вызвать никакой симпатии? Почему вам это было интересно?

Я знаю, что актёр должен найти хорошие и плохие стороны в своём персонаже. Но у меня совершенно отсутствует такое отношение к ролям, которые мне предлагают. Не знаю, к сожалению или к счастью. Если мне даётся роль, я должна её сыграть ? люблю я этого персонажа или нет. Я просто берусь за дело и делаю его, потому что это моя профессия.

Правда, когда Лариса рассказала мне эту историю (а рассказывает она замечательно, эмоционально), у меня прямо вырвалось сразу: «Боже мой, Лариса, какое счастье, что я не буду играть эту роль». Ведь уже вышла «С любовью, Лиля» и будет нелогично, если я буду играть отрицательного персонажа. И Лариса со мной согласилась.

Прошло несколько месяцев. Я уехала в отпуск в Саратов, и вдруг Лариса мне туда звонит: «Марина, приезжай в Москву. Пробую разных актрис на роль Гали — никто не подходит. Приезжай, мне надо на тебя посмотреть». А для меня это уже программа: Лариса сказала, и её надо выручить. Я трудоголик, и если мне дали дело, я за него берусь.

Я вернулась в Москву, пришла на пробы. Мне надо было показать, как я могу быть злой, потому что есть сцены, когда я кричу на Альку. И вот сидит передо мной Ира Шипова, такая маленькая, симпатичная девчонка. Я думаю: «Мамочка моя, как же я буду на неё кричать?!» Но при этом у меня же сын и я прекрасно понимаю, что, когда ребёнок не слушается, ты же не всегда можешь вести себя спокойно. И крикнешь на него, и шлёпнешь.

И ещё Ларисе нужна была женщина в возрасте, а не молодая. Это накладывает особый отпечаток: годы идут, и если Галя упустит время, то уже не выкарабкается из этой ситуации. А у молоденькой девушки перспектив очень много. И время есть, во всяком случае.

Вечером Лариса мне позвонила и сказала, что я буду играть Галю. У меня, конечно, был шок…

И как же вы потом «сжились» со своей героиней?

Когда начались съёмки, у меня уже не было времени думать, люблю я свою Галю или нет. Кино — это всё-таки не театр. Если в театре атмосфера нагнетается постоянными репетициями, то на съёмках очень многое растворяется в технических моментах. Кино — это мозаика. Вот снимаем дубль, и я должна изобразить злодейку. А потом дубль отснят, и мы уже шутим и смеёмся.

А насчёт моего отношения к Гале… Ну, плохой она, конечно, человек. Но я хочу играть разноплановых персонажей. Я не могу сказать, что не могу играть отрицательные роли, потому что по жизни я такая хорошая и благородная. Я никому зла не делала, но всё-таки иногда проявляю себя не с лучшей стороны. Другое дело, что в этом фильме из моей индивидуальности выбраны именно отрицательные составляющие, потому что именно они были нужны режиссёру.

Говорят, что с детьми сниматься сложно. Считается даже, что дети отвлекают внимание от взрослого актёра. В фильме «Требуется няня» у вас много сцен с шестилетней Ирой Шиповой…

Она такая хорошая, такая замечательная! Сначала я относилась к Ире с недоверием, потому что она пришла из модельного агентства. Это ведь не просто ребёнок из детского сада. Я боялась, что не смогу установить с ней настоящий контакт.

Тем более, в первых же сценах, которые мы снимали, я на неё кричу. Ире тогда было шесть лет, как моему сыну. В жизни, когда накричишь на ребёнка, потом просто сходишь с ума от этого. Но уже на второй день съёмок, когда я приезжала на площадку, Ира летела ко мне в объятья. Она говорила своей маме: «Как я люблю свою няню!» Она и в жизни называла меня няней.

Ира собранная, скоординированная. Были моменты, когда она отвлекалась, но всегда находились какие-то манки, и она мгновенно начинала работать. С ней всё-таки не было таких трудностей, как с обычными детьми, которых надо долго настраивать перед съёмками. Она ? актриса. Это удивительно, конечно. Донести до неё мысль очень просто. Может быть, это пришло к ней с опытом.

Как вы понимаете основную идею этого фильма?

Сначала я восприняла этот сценарий просто, как «страшилку», а потом поняла, что всё это может быть действительно страшно. Ребёнок — это загадочное существо. На его душе, как на лакмусовой бумаге, отпечатываются наши высокие и низкие качества. Поэтому важно его не испортить, не искалечить. Конечно, есть много хороших нянь, но всё равно, это очень серьёзный момент и о нём надо помнить. Этот фильм должен не напугать, а просто сделать так, чтобы родители вернулись к своим детям. Есть бизнес, карьера, проблемы в личной жизни, но всё равно надо поворачиваться лицом к ребёнку. Даже если нужно будет ради этого чем-то пожертвовать.


реклама
Права на все материалы принадлежат автору. При цитировании ссылка обязательна.